Нелегалы и кара

Нелегалы и кара

В разные эпохи отношение власти к теневому бизнесу было или подчёркнуто жёстким, или поощрительным, но негласно

Злоключения наших предпринимателей в период карантина живо напомнили, что их отношения с властями во все времена были непростыми. Наказания за незаконный промысел могли быть самыми суровыми, или же «скидка выходила», а то и вовсе — декриминализация некогда в дрожь бросавших статей Уголовного кодекса. Ретроспектива всегда занимательна, а сейчас ещё и информационный повод к тому просто шикарный.

«Благодаря труду предпринимателей»

От стародавних времён остались только считанные летописи, грамоты и другие тексты, отражающие деловые и административные аспекты эпохи. Они вместе с работами российских историков Бориса Рыбакова, Михаила Тихомирова и Николая Карамзина могут прояснить, как же тогда обстояло дело с предпринимательством.

«Трудно себе представить, но русскому предпринимательству более тысячи лет. Несомненно, государство Российское за столь долгий период не смогло бы выполнить своих задач без тесного союза с предпринимательством. Опираясь на предпринимательство и частную инициативу, оно сумело освоить безбрежные просторы страны. Благодаря самостоятельному труду русских предпринимателей государство получило мощные экономические ресурсы», — писал в монографии «Теневая экономика» доктор экономических наук, профессор Государственного университета управления Нодари Эриашвили.

Древнейшим видом предпринимательской деятельности является торговля: Древнерусское государство складывалось путём объединения восточнославянских племён, располагавшихся вдоль знаменитого торгового пути «из варяг в греки». Другим видом предпринимательства было ремесленничество: гончарное, кожевенное, древодельное, камнетёсное, всего около 150 видов. «Русская правда», сборник правовых норм 1016 года, впервые ввела понятие «купчина»: это «дружинник, занимавшийся торговлей».

«Предпринимательство на Руси того времени имело достаточно возможностей для развития, благодаря чему увеличивался внутренний рынок и развивался экспорт. Значительную долю в нём составлял малый бизнес — мелкие товаропроизводители-ремесленники и торговцы. Развивалась рыночная инфраструктура — „торги“. Власти помогали бизнесу, размещая госзаказы на производство оружия, поставку лошадей, фуража, продуктов питания ко двору, выделяли площади под склады и торжища, обеспечивали безопасность торговли путём отлова разбойников, охраны караванов и торговых путей. Отказ от репрессивной политики в отношении предпринимателей, отказ от личных отношений бизнеса и власти в пользу институциональных обычно приводил к экономическому росту. Проработанные налоговые реформы быстро давали отдачу в виде роста собираемости и объёма налогов. Напротив, конфискационная налоговая политика обычно приводила к миграции деловых людей или уводу бизнеса в тень», — делает обобщающие выводы историк из Курганского госуниверситета Александр Алексеев.

Как видим, самым страшным для тогдашних бизнесменов были налоговые поборы властей, на что они отвечали ровно как сейчас — «самоизоляцией» от фискальных органов государства. Другой интересный момент: видов деятельности тогда было наперечёт, и противоправными с точки зрения властей они становились только тогда, когда предприниматели не желали платить налоги, считая их непомерными.

«Плетьми или розгами»

С усложнением экономики закономерно меняется положение дел в отношениях власти и бизнеса. Отметим важнейшую правовую веху середины XIX века.

«Юридические нормы, регламентировавшие ответственность за нарушение порядка осуществления предпринимательской деятельности, были рассредоточены по главам 2, 12, 13 и 14 раздела VIII „О преступлениях и проступках против общественного благоустройства и благочиния“ Уложения 1845 года, — пишет в своём исследовании кандидат юридических наук Дмитрий Баянов. — Начавшийся тогда в России промышленный переворот и быстрое развитие капиталистических отношений породили потребность охраны и защиты интересов общества и государства в экономической сфере. Уложение ввело штраф в качестве универсального наказания за преступления в сфере предпринимательства. Но преступления, способные причинить значительный ущерб интересам государства, общества, кредиторам предпринимателям или другим лицам, карались значительно строже, в том числе лишением права заниматься предпринимательской деятельностью, тюремным заключением,лишением всех прав состояния и ссылкой».

Вот несколько примеров тогдашних наказаний за деяния, и ныне популярных. Так, уложение устанавливало ответственность за картель, то есть соглашение компаний, направленное на не оправданное рыночной конъюнктурой повышение цен. Оно каралось тюремным заключением сроком от 6 месяцев до 1 года. Если при этом возникал недостаток в товарах первой необходимости, послуживший поводом к нарушению общественного спокойствия, срок мог вырасти в три раза.

Статьи 1582-1587 уложения регламентировали ответственность за злонамеренное банкротство. Сокрытие должником своего имущества в корыстных целях каралось исключительно строго: лишением всех прав, состояния и ссылкой с применением наказания плетьми или розгами. Многие виды незаконного бизнеса также жёстко пресекались. Так, за организацию питейного заведения лицами — штраф в трёхкратном размере относительно продажной цены алкоголя с конфискацией всех материалов, посуды и произведённых алкогольных напитков.

Уголовную ответственность должны были нести владельцы горных заводов за сокрытие части выплавленных или добытых металлов путём занижения показателей в шнуровых книгах. Причём наказанию подвергалось не только виновное лицо, но и всё предприятие, которое должно было уплачивать двойную подать государству в течение года.

Расстрел по беспределу 

Советские времена прошли под знаком госсобственности на средства производства и монополии внешней торговли, поэтому и нелегалы были другими. Многие наслышаны о цеховиках, которые получали большие сроки, а в пиковых случаях — даже исключительную меру наказания, расстрел. Дело в том, что они использовали оптимизированные ими государственные ресурсы, за что законы СССР карали несравнимо жёстче, чем за хищения личного имущества. Всё гениальное просто: госпредприятием производилась подпольная продукция, или, наоборот, продукция производилась теневой структурой, но сбывалась через государственные торговые организации.

Первым из преданных в СССР огласке случаев разоблачения цеховиков стал арест Шаи Шакермана. Будучи начальником мастерских в психоневрологическом диспансере, в 1958 году он закупил швейные и вязальные машины и задействовал пациентов для пошива модных вещей. В 1962 году Шакерман был приговорён к смертной казни. При обысках было изъято ценностей на сумму 3,5 млн рублей. Заметим, уже послереформенных рублей.

Самым громким было дело Рокотова-Файбишенко-Яковлева. Москвич Ян Рокотов с друзьями организовал систему посредников для скупки валюты и зарубежных товаров у иностранных туристов. Общий оборот их подпольной фирмы составлял 20 млн рублей. В 1960 году они были арестованы и осуждены на 8 лет лишения свободы.

Мягкостью приговора возмутился Никита Хрущёв, и тогда в 1961 году в спешном порядке был издан указ Верховного Совета СССР «Об усилении уголовной ответственности за нарушение правил валютных операций». Произошёл совершенно вопиющий случай: подсудимых приговорили к расстрелу по закону, вступившему в силу уже после совершения ими преступления! Этот штрих — для ещё имеющихся предельно наивных людей, искренне почитающих Хрущёва либералом и гуманистом.

Игорь Холмов

Добавить комментарий

Закрыть меню
×
×

Корзина